Георгиевская ленточка

воскресенье, 19 января 2014 г.

"Боец ОМОНа "Страхов А.И. гл 5-8



V

Автоматы наготове.
Три «абрека» щурят брови,
Улыбаются игриво
И в руках по банке пива, -

Отдохни, присядь, попей!
А его ты не жалей!
Хочешь? Мы стрелять не станем
И тебя в живых оставим.
Будешь воздухом дышать,
Мясо есть и водку жрать,
Девок пухленьких любить…
А ему уже не жить!

Он своё отдал сполна!
На хрена ему жена?!
Видишь? Он почти что труп!
Не пригоден и на суп!

За него не дали выкуп.
Пусть получит в шею пику.
«Тракторист» сейчас придёт:
Здравствуй, ж…а, новый год!
Или может быть ты сам
Расстреляешь этот … хлам?
Мы дадим тебе возможность.
Ну?! Какая в этом сложность?

Вот патрон и автомат.
Станешь нам и друг, и брат!
Ты нэ сам сюда попаль –
Камандырь тэбя послаль.
Почему же камандырь
Вас подставыль манастырь?
Так у русских говорьят?!
Ну! Бэры же автомат!

Где же были вертолёты,
«Стукачи» и разведроты?
Это всё у нас давно!
Посмотрите хоть в кино!
Сходу нас ныкак нэ взять!
Ё-моё и вашу мать?!
Нэт! Напрасно ви, ребята
На чечена – с автоматом!
Ми на вас пьлюём с верхушки.
Наши горы нэ игрушки.
Сами мы сэбэ хозяин –
Щас нэ врэмя Йосыф Сталын!

Знали ты и дэнь и час:
Прыготовыли фугас.
И у рощи вы попали
Как цыплята на «ханкали».
Клали вас и пулемётом,
И с плэча гранатомётом,
И фугасы рвали в пух.
Вот тэбэ пастух и «дух»!

А не хочешь принять дозу?
Ощутышь метаморфозу!
Лэгче будет Ромку бить.
Он давно нэ хочет жить!

VI

У Семёна напряженье:
Тело вспомнило ученье.
В увольненья не ходил,
Всё в спортзале «каратил».
У «абреков» «ступор» близко –
Нужен шприц или «сосиска».
Соглашается Семён,
Автомат берёт, патрон…, -

Не могу, ребята, право!
Ну, вколите мне отраву,
А потом уже пальну…
По Роману и засну!

Ждёт Роман, соображает, -
Что товарищ замышляет?
Но «качаются весы».
Разум требует: Не ссы!
Волкодав гуляет рядом.
Пот струится крупным градом.
У Семёна план готов:
Надо бит скорей врагов, -
Ради случая такого
Героинчика хмельного
Позволяется ввести,
Не боясь, для храбрости.

Опустили автоматы,
Порасправили бушлаты,
Достают шприцы и вату…
Расслабление чревато.
Тут хозяйка вышла в дверь –
Побежал на завтрак зверь:
Рэкс бараньи любит кости –
Не зовите даже в гости!

И Семён в один момент
Снова стал «поганый мент»:
Распрямился как пружина,
Как замедленная мина,
Треснул сразу двух меж глаз
(Возродился в нём «спецназ»),
С разворота на захват –
С магазином автомат.

Но стрелять не стал: услышат!
Из «абреков» два не дышат.
Третий «фиксу» проглотил,
«Метаморфозу» ощутил.
Вот и Рэкс. Летит как пуля,
Но ему «на радость дуля»
Родовой летит кинжал
Прямо в пасть. И пёс не встал.

Удивляется Роман, -
Уж не зренья ли обман?
Трёх амбалов развалить
И свободу возвратить!
Умертвить собаку злую –
Всё Семёну как … простою
Арифметику решить.
Значит, будем долго жить!

VII


Тренировки пригодились:
У Семёна проявились
И смекалка, и бесстрашье
Чтобы выжить в этой «каше».
Эту кашу заварили
В эшелонах верхних. Были
Там «стратеги миротворцы»
И врагами стали горцы.
Вновь кавказская война.
Но кому нужна она?

Медлить некогда Роману
Обработать надо рану,
Тело рваное зашить
И «абреков» оттащить.
Как уже сказал я выше,
Два из них уже не дышат.
Третий стонет и рычит,
Чёрным глазом таращит,
Встать пытается с колена,
Но Семён ему поленом
Без шприца добавил «дозу»
И продлил «метаморфозу».

Быстро всех их обыскав,
(Благо, мёртвый волкодав),
Арсеналом завладев,
Ромка спрятался за хлев.
А Семён вернулся к яме.
В доме тень мелькнула в раме,
Приоткрылась дверь крыльца…
Кровь отхлынула с лица:
На пороге вновь хозяйка
С узелком и хлеба сайка.
Молча машет, - Подойди!
(Что-то будет впереди!)

- Я всё видела, ребята!
Не стреляй из автомата!
Вдруг услышат, прибегут,
Снова бойня будет тут!
Поскорее геть тикайтэ
И лышенько нэ чекайтэ –
Украинской молвят мовой
Брови чёрные подковой.
Узелок суёт, - Берите!
Швыдче берегом бегите! –
С украинского на русский
Переходит без нагрузки.

- Не гони ты нас взашей!
Рану Ромке лучше сшей!
Можешь помощь оказать
Йод и бинт перевязать?

Медсестрою я была,
Почекай, - и как стрела
Скрылась в дом, несёт пакет:
Вату, бинт, иглу,  пинцет.
Зашивала Ромке рану,
А Семён держал охрану,

Не теряя время даром,
Перетаскивал к амбарам
Трёх бандитов в тот подвал,
Где недавно побывал,
В яме тёмной и сырой –
Там их место и «покой».

- Как зовут тебя, дивчина?
Отвечает, - я Кристина,
Полькой мать моя была,
Замуж вышла за «хохла».
Но … потом! Сейчас бегите!
- Как же ты? – Меня свяжите
И отдам вам кое-что,
В старом спрятала пальто.

Забежали быстро в дом.
- К за шо судыть судом, -
Подаёт кассеты Кристя, -
«Тракториста» и нехристя,
А тепер менэ вьяжитэ,
Чи желаетэ пожиты,
Утекайте, парубкы,
Бо уйдётэ на гробкы, -

Так, боясь за двух парней,
Торопилась, чтоб и ей
Избежать ножом убоя
От бандита из шатоя.

VIII

Тот, о ком «тоскует» суд,


Прозывается Махмуд [1]
И таких немало гадов.
Во главе стоит Масхадов:
Не садист – сепаратист.
(Кстати! Бывший коммунист.

У Махмуда «трудный день».
Вытер нож, присел на пень.
Ночь и утро резал, пил.
Много пленных порешил.
И уснул, устав от «дел».
Лишь к обеду (плов поспел),
Обрядив святой намаз,
Сел убийца на «УАЗ».

Трактор он давно не водит,
Ну а кличка всё в народе.
Не отклеилась поныне
Как на стельке в магазине.
Вспомнил он, подъехав к дому,
Про сержанта Сёмку с Дону, -
Развязать его пора,
С ямы вынуть «на гора».

Заприметив крепыша
(На замену Ромаша)
Он троих послал друзей,
Из потомственных князей.
- Но куда же делся Рэкс?
Уж не сбёг куда на секс?
С этой думой «Тракторист»
Подаёт собаке свист.
Но и свиста пёс не слышит,
Не бежит, в сапог не дышит.

- Ромазан! Равиль! Ахмед!,-
Не дождались на обед, -
Вновь досадуя и маясь,
Перешёл порог, ругаясь.
В сенях ноздри как у волка
Уловили запах колко: -
Йод и будто нашатырь,
Не приправа, не имбирь.
Должен быть обед готов
(Хоть и ел недавно плов)
Запах крови и бинтов
Всё яснее…. А засов?

Почему засов открыт?
Пол затоптан, не помыт …

Отчего такая грязь?
Эй, Кристина! Где ты, мразь?
Стон из дома слышит он.
Распахнул…. В дверях ОМОН.
Ствол в живот, на спуске палец

- Ты???
- Приезжий постоялец, -
Краткий следовал ответ.
- Нет! Тебя давно уж нет!
Я вот этими руками…
- Ты сейчас поедешь с нами, -
Вновь ответствовал Семён, -
Ромка! Быстро сделай «шмон»!
Обыскали негодяя,
В дом ни шагу не пуская.

Вот и нож, и кровь на нём.
- Ну пойдём, «чабан», пойдём!
Нож в пакет упаковали,
А Кристину отвязали.
Расписалась в протоколе
И оставили «на воле».
Кем была у «Тракториста»?
Нам неведомо. Всё чисто!

Сел убийца вновь за руль
(Весь шатается как куль)
Быстро ехать приказали, -
Ну-ка, жми на все педали!
Через речку у моста
Поменялися места:
Негодяя привязали
И поочереди гнали.

Гнали днём и гнали ночью
По просёлкам путь короче,
Не глядели под капот:
Есть бензин, УАЗ идёт.

По пути вели допрос.
Но вопросом на вопрос
Отвечает «Тракторист», -
Кто докажет? Я ведь чист!

Разве вы не убивали?
А за что у вас медали?
Смерть за смерть и глаз за глаз,
Вот вам мой чеченский сказ!

Не докажете, ребята!
Вы глупейшие солдаты.
А  скажи, Семён, когда
Вас направили сюда?
Много раньше, мнится мне,
На чеченской ты войне.
Мне лицо твоё знакомо…

В голове удары грома, -
Брат мой тут пропал у вас.
Не о нём ли, пидарас,
Ты глаголешь мне сейчас?
Стоп, машина! Стал УАЗ.
- Ну-ка, Рома, подсвети!
(Фу-ты, господи, прости!)
Покопайся в «бардачке»,
Там фонарик на крючке.
Ну, смотри же на меня!
Брата видел, ты, скверня?

Где? Когда? И жив ли он?
- Жив твой братец, в яме он, -
Отвечает «Тракторист», -
Поворачивай, таксист,
Ехать надо нам назад,
Убери свой автомат!
И ослабь немного руки,
Не сбегу. Не делай крюки,
Тут совсем недалеко,
У грузина Валико.

Прямо едем на восток,
Будет маленький мосток,
А за ним поближе путь,
Если вправо повернуть.

Вот теперь поедем прямо.
Осторожней, будет яма,
Объезжай её правей,
А теперь пойдет «бродвей».
Тут прибавить скорость можно.
Не гони! И осторожно
Подъезжай под эту арку.
Плохо, выкинул я сварку
Под сиденьем колотилась,
А сейчас бы пригодилась:
На цепи железный брат –
Перерезать и назад.

Кобели меня тут знают,
Запах чуют, не залают
Скоро утро, ночь на спад.
Прихвати с собой домкрат!

В бардачке нашлись «браслеты»,
В узелочке три котлеты.
Ромка руки зацепил.
«Тракторист» чуть не завыл.
Тешил всё же он надежду,
Руку сунул под одежду:
Под подкладкой бушлата
Прятал «пику» он когда-то.

Ромка вовремя схватил
И бандита повалил,
Заломил другую руку, -
Придушу тебя, падлюку!

- Ну пошли уже, ребята,
Я отвёртку из бушлата
Не для вас, для дела брал,
Ремонтировал «Урал», -
(«Тракторист» опять соврал).

Тихо к яме подошли.
Рядом светятся угли.
Пепел серый не остыл.
Ветер сбоку дует в тыл.
Пук травы прибавил дыма.
- Прыгай, там твой братец Дима,
Вот верёвка и домкрат,
Да оставь ты автомат!, -
Торопил Махмуд кровавый
А в уме: - Козёл легавый,
Неужели всё живой?
Он свидетель дорогой!

В яме – брат, но он – скелет,
Не побрит и бел как дед.
На цепи прикован к лому
И подстилка из соломы.
Тут отвёртка пригодилась:
Цепь на скрутку обломилась,
Но нога застряла в жиже.

- Ну давай, Роман, тащи же!
Да не ты, пусть тащит он,
Есть в патроннике патрон?
- Да не бойся ты, Семён,
Мы спасаем ваш ОМОН, -
Слышен голос «Тракториста», -
Вылезайте, тут всё чисто.

Кое-как и не без мата,
С «верным» спутником солдата
Поднялись наверх бойцы,
Но, оставили концы:
Впереди огромный дог,
С ним ещё один бульдог.
Раздалось рычанье громко
Им котлеты бросил Ромка
Псы уткнулись на наживку.
Дождь пошёл и начал смывку.

Небо в тучах и гроза:
Гром шарахнул два раза.
До машины далеко
И проснулся Валико.
Он – грузин и с автоматом
Жить в ущелье как со сватом
Пить вино и есть шашлык
С самых давних пор привык.

Пленник Димка под дождём.
«Позаботиться» о нём
Валико идёт с брезентом,
А собаки тем моментом,
Подняв рык, бегут бегом,
Буд-то кто-то за углом.
Передёрнув автомат,
Валико услышал мат.
Вспышка молнии и свет
Обнаружили объект:
Люди прыгают в машину.
Валико стреляет в спину.

Наугад стрелял пять раз,
В темноту ушёл УАЗ.
Поздно что-то предпринять,
Ни к чему уже стрелять.


[1] Махмуд Темирбулатов, кличка «Тракторист»

Комментариев нет:

Отправить комментарий

Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...